Бумажные детские книги vs. электронные. Опыт одной семьи

Популярный в родительской среде вопрос «Как заставить ребенка полюбить книги?» имеет множество вариантов ответа. Поисковые системы с удовольствием предлагают быстрые решения. Интересующиеся сходу найдут популярные и модные статьи, озаглавленные «Семь шагов к читающему ребенку», «Десять правил успешного чтения» или «Восемь причин научить детей читать классику». Что греха таить, в то время, когда мне казалось, что, начитавшись интернет-пособий, я имею право раздавать советы на все стороны света, сама с удовольствием и, как мне казалось, на пользу общества пыталась писать нечто подобное.

Все эти советы с небольшими вариациями сводятся к нескольким ключевым понятиям: личный пример, книжная среда, свобода воли. Понятно, что здесь имеется в виду. Но как это соотносится с современными практиками чтения? Родители читающие гипертекст, создают книжную среду или «уткнулись в гаджеты»? Переписываясь с кем-то в Вайбере или комментируя статусы друзей в Фейсбуке, родители расширяют представления детей о пространстве чтения или знакомят с реинкарнацией ТВ-зэппинга? Читая электронную книгу и текст с экрана планшета или смартфона, родители обесценивают бумажные книги или демонстрируют новые формы чтения?

Мой личный эксперимент в этой области длится шесть лет и дает кое-какие результаты. Выборка, конечно, хромает: два читающих взрослых (и при этом только один мозолит глаза почти круглосуточно) и два наблюдающих ребенка. Дети с рождения видели меня с электронной книжкой в руках. Их детская библиотека увеличивается намного быстрее, чем моя взрослая, на одну новую взрослую бумажную книгу в месяц приходится с десяток детских. Печатные книги в моих руках тоже попадались часто, но при определенных условиях: хорошее освещение, комфортная домашняя обстановка. В это же время электронная книжка постоянно со мной: на детской площадке, пока дети скачут по горкам; в очереди к врачу перечитываем любимые стихи; вечером в детской светится встроенная в экран подсветка, пока дети засыпают (прекрасно работало в качестве ночника); близкие и дальние поездки, походы в кафе и рестораны – все с удобным компактным «девайсом». Любые попытки детей завладеть этой интерактивной игрушкой немедленно пресекались, ни один другой гаджет не оберегался так рьяно. Скорее всего слова «Я без нее буду как без рук», «Это самая дорогая мне вещь» содействовали сакрализации электронного средства чтения.

Понятно, что запретный плод особенно сладок, поэтому дети ожидаемо успешно выкрадывали книжку, при этом удивительным образом ее не испортив (а мало вещей пережили детский энтузиазм невредимыми), зато научившись ею пользоваться: менять форматирование, настраивать подсветку, сортировать и выбирать файлы для чтения, младшая дочка в возрасте двух лет была обнаружена на стадии подтверждения покупки детской книжки-картинки в Амазоне. Процесс не стоял на месте, и в какой-то момент дети спросили, есть ли на моей книжке что-то для них.

У детей цифровой эпохи не возникло никаких проблем с новым форматом чтения. Они приветствовали новые возможности. Мало иллюстраций или они мелкие – здорово, что теперь можно не смотреть в книгу, а просто слушать. Книга перестала быть предметом – здорово, что в одной штучке помещается целая библиотека, свобода выбора зашкаливает. Закончилась понравившаяся книга – надо всего несколько минут, чтобы загрузить продолжение, если оно существует. В любом месте, даже далеко от дома с его библиотекой, можно вспомнить любимую историю – и она очень быстро окажется перед глазами.

Возможность читать с нового носителя никак не повлияла на отношения с бумажными книгами. Их место в читательском опыте детей абсолютно не ущемляется, а электронная книга только увеличивает присутствие самого чтения, делая его доступнее и разнообразнее. Подходит ли это под категорию расширения пространства чтения? Похоже, что да. Не само наличие гаджетов в руках родителей, а цели их применения считываются детьми. Чтение, будь то с экрана смартфона или персонального компьютера, воспринимается детьми именно как чтение, но при этом как чтение гипертекста, что приводит к изменению самого образа чтения. Но не с этим ли новым образом будут расти дети?