Десять и одна новая книга к зимним праздникам

Как приходит Новый год / Анастасия Орлова; ил. Диана Лапшина. – М.: Росмэн, 2016. – 32с.

Не только и не столько про Новый год, сколько про разнообразные зимние радости. Анастасии Орловой замечательно удается делать незаметную, но важную вещь – наполнять повседневность нового поколения детей новыми поэтическими образами. Вот и очередной пример, на этот раз зимний.

Стихи можно назвать городскими песенками-потешками, но место устаревшей лексики и забытого крестьянского быта занимают актуальные образы и ассоциации. И крайне любопытные, надо сказать.

Автор уверенно вплетает игровые моменты, уверенноо дает пас читателю, и приходится ловить.

Маленькому нелегко
То, что большому – пустяка.
Снег достает до крыш,
А до земли – никак.
Маленький снег идет.
Когда же он подрастет?

Абстрактные явления вроде мороза, ветра, даже мурашек от холода и снежного вихря в свете уличного фонаря становятся располагающе детскими, с их помощью описывается понятный детям житейский опыт. К тому же звонкие, ритмичные стихи так и хочется повторять, чеканя шаг во время зимней прогулки или скоростного спуска с заснеженной горки (и пусть ветер в лицо, зато веселее).

Знакомство с «холодрыгами» и «морозяками» не пройдет бесследно, и даже взрослые с ностальгией вспомнят времена, когда им доводилось бывать «снегоробами». Настроение стихов варьирует, сюжетно они стараются охватить побольше картинок из зимней пора, нежный лиризм «Одного дня из жизни варежки» соседствует с бодрой «Сугробной скороговоркой».

Когда за зиму взялись Анастасия Орлова и иллюстратор Диана Лапшина, стало особенно заметно, что у белой стужи в запасе есть еще очень много красок и оттенков.

Книга в продаже в Озоне


 

Новогодняя книга / Джанни Родари; пер. Самуил Маршак, Андрей Усачев, Михаил Яснов, Галина Дядина, Юлия Симбирская, Лев Тарасов, Анастасия Орлова, Анастасия Строкина; ил. Мария Богданова. –М.: Росмэн, 2016. – 64с.

«Новогодняя книга» — способ окунуться в знакомую предпраздничную атмосферу, но с экзотическим колоритом. Да, Италия не Бутан, и с бОльшего местные новогодние традиции имеют много точек пересечения со знакомыми и привычными. При этом колоритных подробностей в книге хватит с лихвой, чтобы согреться книжным солнцем Италии, пусть даже зимней. Итальянская зима может согреть.

Джанни Родари любят и читают, поэтому сборник его тематической рождественской лирики любопытен уже незнакомой стороной творчества знаменитого сказочника. Интерес нарастает и по мере знакомства со звездным составом переводчиков. Отдельные стихи переводил еще Самуил Маршак, а бОльшую часть – современные авторы от мэтров Михаила Яснова и Андрея Усачева до звезд нового поколения Анастасии Орловой и Юлии Симбирской.

В сборнике найдется место традиционной римской уборке (хлам из окон, да!), нарядным ёлкам, расставляемым по всему городу рождественским волшебником, новогоднему поезду, мчащемуся сквозь весь год и наполненному итальянскими праздниками, обычаями и памятными местами.

Самым ярким персонажем выглядит добрая колдунья Бефана, которая согласно итальянским легендам приносит детям подарки, наподобие Санта-Клауса.

В первом вагончике, сев у окошка,
Едет старушка, чудная немножно.
Едет в компании старой метёлки –
Чисто в вагончике, словно в светёлке.
Видно в корзинке две кукольных ручки.
Может быть, это подарок для внучки?
Впрочем, внучат у бабули полсвета –
Каждый носочек свой вывесил где-то.
Ах, до чего в тех носочках желанны
К Новому году гостинцы Бефаны!

Тепло акварельных иллюстраций Марии Богдановой со всеми оттенками терракотовой Италии и зеленых рождественских елок настраивает на тематичный лад.

Книга в продаже в Озоне


 

Снежный сон / Эрик Карл; пер. с английского Иосифа Шейна; ил. авт. – М.: Розовый жираф, 2016. – 22с.

Разве мог Эрик Карл сделать банальную новогоднюю книжку с Санта-Клаусом, мешком подарков и оленями? Это слишком сильно выбивалось бы из его образа автора-концептуалиста для младенцев. Нет, в книжке-картинке «Снежный сон» Эрик Карл берется за создание вселенской гармонии в миниатюре. Это можно назвать его излюбленным авторским приемом – обрисовывать предельно совершенный мир своих героев.

Живет фермер на маленькой ферме, и у него мало животных.

«Так мало, что ему хватало пальцев одной руки: чтобы их перечислить. Поэтому своих животных он так называл: Один, Два, Три, Четыре, Пять.»

Жизнь фермера доведена до ритуала: покормил животных да отдохнул в доме — этакий островок предсказуемости и постоянства, так ценимых детьми, ведь им свойственно стремление к уверенности в надежном окружающем мире.

И даже отсюда Эрик Карл делает шаг вперед. Его фермер засыпает и видит реалистичный сон про наступление зимы (открывающиеся окошки помогают читателю ощутить реалистичность видения прямо на кончиках пальцев).

Греза выравнивает небольшую складку на полотне совершенного мира: вообще-то зиме уже давно пора начаться, а она что-то припаздывает. Когда же старичок просыпается, то обнаруживает, что сон был вещим: снег пошел, зима пришла. Теперь можно приниматься за праздничные приготовления: раскладывать подарки и украшать единственное дерево, которое сойдет за елку, а сам фермер в красном тулупе сойдет за сами знаете кого.

Вот так ловко, в несколько росчерков Эрик Карл восстанавливает гармонию, возвращая детям спокойствие и доверие к миру.

Книга в продаже в Лабиринте и Книжной норе


 

Подарок для мышки / Ирина Зартайская; ил. Гета Белоголовская. – М.: Нигма, 2016. – 32с.

Абсолютно типичная композиция книжки-картинки для малышей обрастает новогодними атрибутами. Маленькая мышка встречает свой первой Новый год. Точнее, если бы она не подслушала разговор хозяев дома о скором празднике и подарках, она бы и не подозревала, что впереди что-то необычное. Характерная ситуация, не правда ли? Дети тоже любят загораться нетерпением, даже если совсем не знают, что же именно случится.

Мышка, опережая события, хочет первой найти Новый год, обегает весь двор, фантазирует, каким окажется ее подарок. Это один из самых распространенных сюжетных ходов книжек для самых маленьких – хождение героев в поисках постели/мамы/игрушки/друга/сюрприза.

В закономерной развязке мышку ждет новогоднее чудо: хозяева дома случайно дарят ей именно то, в чем грызун нуждается больше всего после долгих поисков – место для отдыха.

При том, что композиция проста и стандартна, книгу выделяют любопытные особенности – то как создается новогоднее настроение. Здесь нет Деда Мороза, Снегурочки и только на одной иллюстрации заметен краешек нарядной елки. Ощущение надвигающегося и свершающегося волшебства нарастает, когда мышка бегает по характерно зимнему двору (заснеженные клумбы, снеговик, снегири), и достигает кульминации, когда хозяева дома без всякого вмешательства волшебных сил решают, что Новый год – время дарить подарки и быть человечными.

«– Посмотрите, как ей хорошо и уютно. Она, видно, совсем замерзла, бедняжка. Давайте подарим ей эту кроватку, сегодня все-таки Новый год.»

Эта идея – что праздник делаем мы сами – главное украшение книги.

Книга в продаже в Лабиринте и Книжной норе


 

Снеговик / Рэймонд Бриггс; ил. авт. – СПб.: Поляндрия, 2017. – 32с.

История «Снеговика» после выхода книги (а она была издана в 1978 году) едва ли не интереснее самого сюжета. По нему был сделан анимационный фильм, ставший в Великобритании детским аналогом советской «Иронии судьбы»: ежегодные традиционные просмотры и прочие блага телевизионной эры.

К тридцатилетнему юбилею мультфильма Рэймонда Бриггса удалось уговорить на сиквел, только не книги, а мультфильма. И появился «Снеговик и Снежный пес», в котором продолжаются сюжетные линии, позаимствованные, опять же, не из книги, а из оригинального мультфильма.

На «Снеговика» стоит обратить внимание. И не только потому, что это обретение еще одного образца современной детской классики. Сюжет «Снеговика» нетривиален и, как и положено графической новелле без слов, подводит ко многим смыслам и многим размышлениям.

Мальчик лепит снеговика, тот ночью оживает и экстерном проходит курс юного горожанина под руководством своего создателя: мальчик показывает все, чем интересен его дом — от газовой плиты (которая снеговику не нравится), до морозильной камеры в подвале (надо ли говорить, что гость был в восторге).

Ответный жест снеговика позволяет мальчику уйти с головой в настоящую зимнюю сказку (если ожившего снеговика ему было мало), полетать в небе над спящим городом и встретить зимний рассвет на берегу моря. Финал книги не удивит знакомых со сказкой о Снегурочке читателей.

Каждое новое «прочтение» книжки может и обязательно будет рождать новые сюжетные ходы и повороты, диалоги и комментарии. «Читать» книги без слов мы тоже потихоньку учимся, как в свое время учились читать скупые тексты книжек-картинок.

Книга в продаже в Лабиринте и Книжной норе


 

Снеговик и Снежный пес/ Хиллари Одус, Джоанна Харрисон; пер. с английского Сергея Степанова; ил. авт. – СПб.: Поляндрия, 2017. – 32с.

Бумажный «Снеговик и Снежный пес» появился из раскадровки одноименного мультфильма. То есть это не продолжение оригинального графического романа «Снеговик», а вот такой хитрый результат независимой телевизионной жизни его персонажей.

Новый Снеговик почти один в один повторяет своего предшественника, техника рисунка тоже стремится к оригиналу, а самое разительное отличие – присутствие авторской речи. Это не графический роман, а типичная книжка-картинка с практически полностью описательным текстом, здесь с трудом удастся отыскать хоть какие-то диалоги, что похоже на симуляцию закадрового голоса. Возможно, это недалеко от правды.

Сюжет развивает образы классического мультфильма 1982 года, в который привнесли изначально отсутствующие в книжке приметы Рождества (в произведении Бриггса дом мальчика не был украшен к празднику, не говоря уже о встрече с Дедом Морозом). И это, конечно, не единственные отличия. Мальчик, поселившийся со своей семьей в доме из первой истории, горюет после смерти любимого пса и, когда случайно находит старую фотографию со Снеговиком, решает слепить такого же, но с ним рядом лепит еще и Снежного пса.

Дальше события развиваются след в след по первой книге и первому мультфильму (плюс Снежный пес). За этот слегка формальный подход критики даже журили авторов сиквела. Но для читателя, знакомого только с книжным «Снеговиком», сюжет будет свеж и нов – полет на Северный полюс, ежегодная гонка снеговиков, подарки от Деда Мороза. А еще финал отличается оптимизмом.

«Он полез в карман за носовым платком и наткнулся рукой на подарок Деда Мороза. Билли поспешно открыл сверток. Там оказался новенький собачий ошейник! Билли надел его на шею Снежному псу.
– Ну вот! – сказал Билли. – Теперь ты настоящий пес!»

Пусть Снеговика ожидает закономерный итог, но вот Снежного пса удается оживить – мальчик сам устроил себе рождественский подарок.

Книга в продаже в Лабиринте и Книжной норе


 

Подружка-Индюшка / Натали Даржан; пер. с французского Александры Соколинской; ил. Магали Ле Юш. – М.: Мелик-Пашаев, 2016. – 32с.

Лиса, волк, и куница слышали, что на Рождество полагается угощаться жареной индейкой. И они совсем не против. Тем более, что выкрасть лучшую индейку с фермы оказалось плевым делом. Но дальше все застопорилось. Индейка оказалась талантливым кризисным психологом, хотя, возможно, просто откровенным манипулятором, и сумела стать незаменимой в хозяйстве хищников. Кто же ест индейку, которая несет золотые яйца, то есть умеет готовить такой вкусный рыбный суп.

«– А, кстати, как вы собираетесь меня приготовить? Потушить в сметане? Фаршировать капустой? Мне бы хотелось не капустой, а яблоками. И чтобы я запеклась до румяной корочки. Справитесь?
Все трое аж замерли от неожиданности. Они давно позабыли о своих планах.
– Можно… мы подумаем об этом завтра? – тихо сказали звери.»

Кому-то в истории может померещиться не очень приятный для Индюшки смысл: ее оставили в живых, потому что она оказалась полезной и с полной самоотдачей обслуживала своих друзей. А каковы бы были ее шансы на выживание, окажись она менее хозяйственной?

Кто захочет разбираться в тонкостях социального договора в сказочном животном мире, тот, к сожалению, упустит из виду более многообещающий срез рассказа, а именно: неприкрытое иронизирование над вылощенным и уже практически лубочным образом Рождества. Комичные мизансцены, ерничающие хищники, далеко не наивная жертва в «Подружке-Индюшке» — как свежий глоток в череде приторно-сладких зимних историй.

Авторы остаются себе верны до конца и вслед за хэппи-эндом, напророчившим Индюшке много счастливых лет впереди, еще раз удивляют читателя, изображая пернатую героиню с поваренной книгой в руках, изучающей способы фаршировки волков, лис и куниц. Это коварный реверанс или задел на вторую часть?

Книга в продаже в Лабиринте и Книжной норе


 

Заговор Дедов Морозов / Уте Краузе; пер. Михаила Яснова; ил. авт. – М.: Росмэн, 2016. – 32с.

Надо быть аккуратными в своих предположениях. Вот заподозрили дети, что Деды Морозы не существуют и даже «протащили их в газете», а те не смолчали. Точнее, по сюжету они, как раз, смолчали и даже устроили забастовку, которую обозвали «Заговором».

Тут бы и сказке конец, раз дети больше не пишут писем за полярный круг, а бородатые дарители бастуют на теплых южных берегах. Но находится один единственный мальчик, который не согласен с новым порядком.

Ценой больших усилий в духе лучших приключенческих романов ему удается отыскать бастующих и вернуть им боевой дух. Ну и что, что они не получили просьб о подарках, значит в этом году дети будут довольствоваться сувенирами с побережья, зато в будущем не возникнет вопросов, а настоящие ли Деды Морозы.

Каждая книга, где есть новогодние персонажи, рассказывает что-то свое, по-своему дополняет сложившиеся образы. Уте Краузе хватает смелости, чтобы дополнить образ Деда Мороза картинками с пляжного отдыха. Если бы книжка не была детской, она могла бы быть едкой пародией. И можно позавидовать читателям, обладающим здоровым чувством юмора.

«Шум голосов разбудил Руперта. Он спросонок огляделся по сторонам и увидел под соседней пальмой… Дедов Морозов!
Ты только посмотри: лежат себе на пляже, пьют кока-колу и играют с резиновыми уточками!»

Переводчик книги вынесен на обложку в соавторы. И, когда это имя Михаила Яснова, сомневаться в соавторстве точно не стоит.

Книга в продаже в Озоне и Книжной норе


 

Элвис и человек в красном пальто / Оле Кёнекке; пер. с немецкого Марины Виноградовой; ил, авт. – М.: Мелик-Пашаев, 2016. – 36с.

Кажется, что прагматичная современность все плотнее прикрывает ворота в мир сказки и волшебства. Если дети все активнее сомневаются в существовании Деда Мороза, то взрослые, встретившись с ним на улице, видят в нем только «человека в красном пальто». А кого еще, если Новый год – просто выходной день (наконец-то), когда можно себя побаловать подарками. И неважно, что подарок – электронная елка, которая может вращаться и исполнять праздничные песенки по нажатию кнопки (сюда так и просится ассоциация с горам мусорных электронных развивающих игрушек для малышей).

У автомеханика Элвиса были именно такие планы на Новый год – восхищаться новой «игрушкой» и забыть на два дня о работе. Но какой-то странный человек в красном пальто врезался на санях (!) в столб рядом с домом Элвиса и обесточил его. Елочка больше не поет, да еще приходится возиться со странным человеком, утверждающим, что он опаздывает на работу (какая работа в канун Нового года!)

«– Всего один раз в год мне нужны эти проклятые сани, и, подумать только, именно в этот день они и сломались!
– Один раз в год? Я думал вы ездите на них на работу…
– Да! Я езжу на работу один раз в год, вы имеете что-нибудь против? В конце концов, я…
– Минуточку, перебил его Элвис и поднял руку.»

Оле Кёнекке с мягким юмором описывает на самом деле достаточно печальный пример того, как человек отказывается видеть волшебство, само идущее к нему в руки. Комичная история про нелепых взрослых, суетящихся вокруг ворчащего и почти отчаявшегося «попасть на работу» человека в красном пальто, конечно, имеет счастливый конец.

Спасение приходит от старенького дедушки Элвиса, его совсем слабая память подсказывает, что красное пальто должно быть неспроста, но почему именно – ускользает от единственного героя, способного пролить свет на происходящее. Зато дедушка подсказывает, где можно найти исправные сани.

Полная добротной иронии книжка дает возможность порассуждать с детьми о том, что течет и меняется, а что хотелось бы сохранить на будущее, например, веру в волшебство.

Книга в продаже в Лабиринте и Книжной норе


 

Жизнь и приключения Санта-Клауса / Лаймен Фрэнк Баум; пер. с английского Дарья Налепина; ил. Екатерина Голованова. – М.: Нигма, 2017. – 136с.

Не самая известная у нас сказка автора, чьи отношения с русскоязычным читателем были изначально серьезно омрачены «несогласованным заимствованием художественных образов» советским классиком Александром Волковым.

На «Жизнь и приключения Санта-Клауса» по понятным причинам никто в ХХ веке не позарился, зато за два последние десятилетия выходит уже третий вариант – с новым переводом и новыми иллюстрациями.

Сегодняшним детям эта сказка может быть актуальна и интересна не в качестве экскурса в историю любимого зимнего персонажа (Санта-Клаусы вообще редко доходят до русских изданий, их везде, где только можно, заменяют на Дедов-Морозов, даже если они летают в санях, запряженных оленями и просачиваются в дымоходы), а в качестве еще одной сказки Лаймена Фрэнка Баума.

Тут важно, что автор писал историю не с начала, а с конца, придумывая, как появились и с чем связаны известные детали образа Санта-Клауса. Ему пришлось воссоздавать прошлое мифического персонажа, и он решил себе ни в чем не отказывать.

Зашел он издалека, перенеся начало истории в сказочный Великий лес Бюрзи, где обитает невидимый для людей волшебный народ во главе с Великим Лесничим Аком. Древесная нимфа Несиль усыновляет найденного на опушке младенца Клауса и воспитывает его по законам Бессмертного Народа.

Среди лесных нимф, ухаживающих за цветами малюток-рил, следящих за животными карликов-нуксов и хранителей человечества фей Клаус вырос чутким к чужой боли человеком. Он сознательно посвящает свою жизнь служению детям, берется делать их счастливыми доступным ему способом – мастерить и раздаривать игрушки.

А дальше Баум неспешно и подробно описывает, как все события в жизни Клауса, которого люди величают Санта-Клаусом (Святым Клаусом), начинают подчиняться избранной им самим цели.

Персонажи, как актеры кукольного театра, по воле автора разыгрывают перед зрителем витиеватый спектакль и эту «марионеточность» хорошо уловила художница Екатерина Голованова. Ее наивные рисунки создают ощущения, что мы наблюдаем не за Бессмертным Народом, а за сказочным малым народцем. И это впечатление удивительным образом согласуется с главным настроением текста – путешествием к истокам мифа.

«Чуть позже его навестил Великий Ак и рассказал о Мантии Бессмертия, которую Клаус заслужил своей беззаветной любовью к малышам. Клаус на мгновение стал очень серьезен и даже мрачен, поняв, какой великой чести он удостоился и как близок был к могиле. Однако уже через минуту он радостно улыбался, поняв и то, что больше ему никогда-никогда не придется бояться разлуки с детьми. С новыми силами Клаус взялся ща работу, поклявшись, что теперь ни один ребенок в мире не останется без рождественского подарка и неважно – беден он или богат.»

Книга в продаже в Лабиринте


 

Человек-мандарин / Анна Никольская; ил. Мария Михальская. – М.: Нигма, 2016. – 56с.

Анна, героиня сказочной повести Анны Никольской, посадив мандариновую косточку, врядли рассчитывала, что из нее вырастет волшебный человечек. Этот оранжевый персонаж в зеленой шляпе способен оказываться в любом месте и в любом обличье — от дворника до врача-офтальмолога. Но он не только удивляет и радует Анну своими появлениями, он, как и положено волшебному помощнику, устраивая чудесные приключения, приоткрывает дверцу в чулан, где Анна надежно запрятала некоторое количество скелетов.

Канун Нового года – удачное время для того, чтобы снять с себя груз прошлого. По рецепту Человека-мандарина для этого надо оказаться на волшебном катке, поваляться в снегу, полетать на трамвае, очутиться на новогоднем балу у чудищ и… подобрать правильные очки, через которые можно рассмотреть волшебство мира (не розовые, заметьте, а оранжевые. А какие еще мог предложить этот супер-герой!) и развесить обернутые фольгой мандарины на ёлке.

«– Примерьте эти! Только осторожно, они очень сильные!
Анна с опаской надела очки.
– Ну? Что вы видите? – волновался Человек-мандарин.
Но Анна не смогла ему ответить. Она стояла посреди кабинета в огромных очках с оранжевыми стеклами и улыбалась. Молчала и улыбалась, как маленькая.
– Фуф! – выдохнул Человек-мандарин и вытер лоб. – Наконец-то!»

Конец повести придерживает пару козырей в кармане, хотя намеки на развязку тут и там разбросаны по тексту. Кто такая Анжела, с ударением на первую «а», чье имя так нравится Анне? Почему у Анны такая уединенная жизнь? И вообще кто такая Анна? Среди достаточно предсказуемого жанра зимних сказок «Человек-мандарин» выглядит свежим, нетривиальным и осмысленным.

Украшают книгу иллюстрации с цитрусово-хвойным колоритом вдумчивой художницы Марии Михальской.

Книга в продаже в Лабиринте