Классное дуракаваляние

Элла в первом классе / Тимо Парвела; пер. с финского Альбины Сидоровой, Евгении Тиновицкой; ил. Сабина Вилхарм. – М.: Розовый жираф, 2015. – 136с.

Элла, Пат и второй класс / Тимо Парвела; пер. с финского Альбины Сидоровой, Евгении Тиновицкой; ил. Сабина Вилхарм. – М.: Розовый жираф, 2016. – 160с

Финский автор Тимо Парвела, потомственный педагог, пришел к писательству забавным путем. Он проработал почти десять лет учителем начальных классов, а потом полностью отстранился от преподавания и начал энергично писать детские книги. Судя по всему, было что рассказать. Наибольшую популярность ему принесла серия юмористических школьных повестей про девочку Эллу, ее одноклассников и, конечно же, учителя, заслуживающего безграничного сочувствия и нескольких цистерн молока за вредность.

Серия про Эллу разрослась почти до двух десятков книг, и есть большая вероятность, что взявшееся за нее издательство «Розовый жираф», не остановится на первых двух сборниках «Элла в первом классе» и «Элла, Пат и второй класс», и читателей ждет продолжение экскурса в жизнь одной финской школы.

Тут сложно удержаться от упоминания известно факта: финская школьная система уже некоторое время считается лучшей в мире. Комические рассказы о школьных буднях врядли можно отнести к документальным свидетельствам, но взрослым читателям тяжело удержаться от попыток проанализировать в качестве сторонних наблюдателей, как у финнов вот так этак получается.

Помимо воли будешь считать количество учеников в классе, обращать внимание на содержание уроков, на то, как терпеливо реагируют на детей рассерженные водители автобусов, актеры театра и даже полицейские, как часто уроки заменяются походами в бассейн, музей, театр, зоопарк, на межшкольную Олимпиаду (развлекательное мероприятие, а не то, к чему мы привыкли) – все из чего ткется полотно детского образовательного опыта. И приходится переполняться белой завистью к финнам, у которых находится столько времени на облагораживающее дуракаваляние в школьных стенах.

Избавить бы наших детей и учителей от половины внимания всевидящего ока системы образования, ох и разошлись бы местные Эллы, Паты, Тукки, Ханны, учителя и директора. Потому что, несмотря на деликатный финский колорит, комические ситуации вокруг Эллы с одноклассниками, растущие на благодатной почве школьной жизни, абсолютно универсальны – как в любой обычной школе. В каждый сборник включено по три маленькие повести с одинаковым зачином:

«Меня зовут Элла. Я учусь в первом/во втором классе. Класс у нас хороший, и учитель тоже хороший. Точнее, был хороший, потому что в последнее время…»

Далее следует бесхитростное наблюдение (учитель оказывается то странным, то нервным, то вообще в свадебном путешествии), и Элла начинает искать объяснения, подвластные пониманию шести-семилетнего ребенка. Ее рассуждения и дневниковый репортаж неизменно прекрасны своими наивностью и простодушием.

«– Похоже, я напрасно затеял этот поход в бассейн.
Это было очень странно. Ведь нам в бассейне понравилось. Правда, было немного грустно, что уходя, учитель поскользнулся на мыле, которое отобрал у Пата в начале урока. Но мы не стали унывать и сделали вид, что не слышим, как учитель, вылезая из воды, произносит вслух все те слова, которые совсем недавно запретил нам даже писать на бумажках.»

Сюжеты то заведомо комедийные – дети расследуют вымышленное преступление, или учитель случайно везет класс на экскурсию без денег на билеты, то программно-школьные – общий поход в театр в качестве обязательной культурной программы или появление новенького в классе, участие в городской Олимпиаде.

Тимо Парвела, не забывая смешить благодарных ему за это читателей, держит в уме и постепенное взросление персонажей. Если в сборнике «Элла в первом классе» повести преимущественно с приключенческим, насыщенным курьезными сценками содержанием, то взросление детей ко следующему сборнику «Элла, Пат и второй класс» не проходит бесследно. Рассказчица и К° сохраняют свойственные им живость и непринужденность, но фиксируют куда больше оттенков в каждом событии. Нет, пространных рассуждений о смыслах сущего здесь не окажется, но рефлексивное зерно будет посеяно.

«– А что такое ночная школа? – спросил однажды Пат.
– Это когда учитель и ученики вместе ночуют в школе, – пояснил учитель. – Дом с привидениями по сравнению с ночной школой – просто забава для малышей. Вначале учитель устраивает разные смешные конкурсы, хотя ученики считают, что они скучные и старомодные. Потом они вместе жарят во дворе сосиски, которые сгорают до угольков. Потом тушат пожар, разгоревшийся от костра для сосисок и чуть было не спаливший всю школу. Потом отдыхают и едят конфеты, так что у пятерых начинает болеть живот, а двоих тошнит прямо на любимую клумбу директрисы. И наконец все идут спать. Слишком рано, по мнению учеником. И слишком поздно, по мнению учителя. Потом все долго не могут уснуть на твердом полу, а когда засыпают им снятся кошмары. Трое просыпаются в холодном поту и слезах, и их приходится прямо посреди ночи отправлять домой к папе и маме. Оставшиеся встают утром с большим трудом и в один голос умоляют больше не устраивать ночных школ.
От удивления мы все разинули рты. И, конечно, тут же захотели в ночную школу.»

Повести Тимо Парвела прекрасно встраиваются в обширные ряды юмористических школьных текстов и нисколько там не тушуются. Их выделяет юмор, возводимый на богатом фактическом материале. Чувствуется, что автор писал своих персонажей с натуры, с некоторой даже сентиментальностью, считываемой, правда, только взрослыми, а в фигуре учителя без автобиографических черт вообще никак. Изобилие фактуры подсказывает, что перед нами определенно дневник участника событий, но, возможно, вела его не Элла, а сам учитель, т.е. автор, и все чудесные и невообразимо смешные случаи вполне могут оказаться реальными, подвергнувшимися небольшой художественной обработке.

«Элла в первом классе» в продаже в Лабиринте и Книжной норе

«Элла, Пат и второй класс» в продаже в Лабиринте и Книжной норе