Мальчик, который плавал с пираньями, Дэвид Алмонд. Цитата

Хочу поделиться маленьким фрагментом повести Дэвида Алмонда «Мальчик, который плавал с пираньями». Эта книга занимает заслуженное место в ряду самых интересных книг зимы. Я бы поместила ее туда уже за эти несколько абзацев. Но в ней еще очень много всего удивительного.

Мне доводилось слышать от взрослых людей воспоминания о чем-то схожем с простодушным экзистенциальным опытом мальчика Стена, да, что уж тут, я тоже принадлежу к их числу. Или по земле ходит приличное количество единомышленником Дэвида Алмонда, вписавшего эту щемящую сцену в хитросплетения сюжетной линии, или у него прекрасно получилось ухватить за самый хвост универсальный опыт взросления, опыт соотнесения своего Я с Космосом, которое, однажды начавшееся, не будет исчерпано никогда.

====

Некоторое время они сидят молча, просто глядят на луну.
– Вот это и есть радости кочевой жизни, говорит Достоевски.
– Что – это? – спрашивает Стен.
– Да самые простые вещи, Стен. Вот так сидеть ночью под луной, на ступеньках прицепа. Только, говорят, долго смотреть на луну вредно. Спятить можно в два счета. Так что под луной лучше долго не сидеть.
– Я слыхал, – говорит Стен.
– Веришь? – спрашивает Достоевски.
Стен пожимает плечами. Он и в самом деле не знает, чему верить, чему нет.
– А другие наоборот говорят, – продолжает Достоевски, – мол, лунный свет – самое милое дело. И капелька безумия никому не повредит. Как тебе такая мысль, Стен? В это веришь?
Стен задумался. О мире, о себе, обо всех странностях последних дней, обо всём, что видел. Он смотрит в небо, в космос. Представляет, как этот космос длится и длится – к звёздам, за звёзды, далеко-далеко. И понимает, что этим мыслям уже никогда не будет конца.
– Ну? – шепчет Достоевски. – Как насчет капельки безумия?
Лает собака. А еще где-то поёт женщина – она выводит прекрасную щемящую сердце мелодию, которая удивительным образом перекрывает ярмарочный гул и ор. Она сильнее, ею полнится воздух.
– По-моему, эта капелька и без того у каждого имеется, – говорит Стен. – Хочет человек, не хочет, никто его не спрашивает.
Достоевски кивает. Он смотрит на Стена с нежностью и уважением.
– Ты прям мудрец, – говорит он.
А потом они просто сидят рядом, улыбаются и подставляют лица луне – пусть себе льёт на них безумие. Не повредит.

====